«Не бойся, что не знаешь закона, бойся, что знаешь, но не слышишь голоса человека», — именно этот невысказанный тезис витает в воздухе на новом спектакле театра «Неформат». «МЕЧты Фемиды» — это не просто череда судебных баек. Это попытка заглянуть в бездну, где сталкиваются сухая буква закона и живая, пульсирующая боль чужой жизни.

Режиссёрами постановки выступили Дмитрий Верста и Михаил Барщевский, который также является автором текста. И в этом тандеме чувствуется опасная ирония: человек, знающий юридические лабиринты изнутри, вдруг решает разрушить стереотип о том, что закон — это строгая математика.

Михаил Барщевский, Елена Май

Спектакль, словно двуликий Янус, состоит из двух новелл — «Проститутка» и «Судья». На первый взгляд, они абсолютно разные: пахнущая бензином и дешёвыми духами обочина трассы против стерильного, пропитанного  запахом лекарств коридора роддома. Но их объединяет единый нерв — попытка понять противоположную сторону, ощутить кожей ту самую «слепоту» Фемиды. Автор ставит перед нами вопросы, от которых мороз по коже: что скрывается за сухим решением? Так ли священно точное исполнение закона для его служителя? И главное — существует ли карма свыше, или это лишь наше подсознание мучает нас же?

Мария Филиппович, Николай Герман

В первой новелле сцена превращается в ловушку для обоих. Богатый телевизионщик-олигарх (Николай Герман) останавливается на трассе, чтобы снять проститутку (Мария Филиппович). Но его мотив далёк от похоти. Это голодное, почти больное любопытство Креза: ему нужно понять, какая пружина сжимается в душе женщины, решившейся на этот шаг.

Николай Герман

Ирония судьбы жестока: девушка вышла на трассу впервые. Их диалог — это фехтование, где один пытается не просто купить тело, но и заглянуть в душу, а другой — эту самую душу спасти. И вдруг выясняется, что по интеллекту, остроте ума и таланту (она чертовски хорошо поёт) девушка не уступает олигарху. Ей нужны деньги на учёбу, у неё сложная судьба, и мать её — далеко не рядовая женщина. Философский подтекст этой сцены пугает: мы привыкли вешать ярлыки. «Проститутка» для нас — это статус, а не человек. Но здесь режиссёры ломают эти предрассудки. Кто перед нами — падшая женщина или почти святая, вынужденная торговать собой? И за кем останется последнее слово? Спойлерить не буду, скажу лишь, что концовка бьёт наотмашь, переворачивая представление о том, кто в этой машине на самом деле клиент, а кто — жертва. Отмечу потрясающую «химию» актёров: их диалог течёт легко, как горная река, но каждый камень на её дне — это моральная дилемма.

Мария Филиппович

Вторая пьеса — это философский триллер одной комнаты. Судья Катя (Наталья Бочкарёва), служительница богини правосудия, оказывается в роддоме, где её дочь рожает. Рядом — подруга Нина (Лариса Долина), пытающаяся удержать подругу от падения в бездну паники.

Наталья Бочкарёва, Лариса Долина

И здесь спектакль наносит главный удар по зрителю: закон не защищает от совести. Пока врачи борются за жизнь ребёнка, в палате являются фантомы прошлого. Судью настигает «карма» — не как абстрактное понятие, а как живая плоть страдающих людей. Она вспоминает бабушку, которую «кинули» мошенники и она не помогла ей, потому что, формально, мошенники сделали всё по закону.. Она вспоминает мать осуждённого сына, чей автомобиль ушёл под конфискацию. Да, формально она была права. По букве закона. Но где была та самая буква - «по справедливости»?

Наталья Бочкарёва

Перед нами метафора страшной современности: когда ты слеп, ты не видишь лиц. Но в роддоме в сознание Кати входят те, кого она отправила в бездну. Санитарка Татьяна Дмитриевна (яркая, колючая работа Евдокии Германовой) и мать осуждённого (Елена Май) предстают перед ней работницами роддома. Судья мечется, плачет, уговаривает себя: она боится не людей, она боится высшего возмездия за формализм, убивший человечность.

Наталья Бочкарёва, Евдокия Германова, Лариса Долина

Наталья Бочкарёва проживает эту роль на одном нерве, заставляя зрителя задыхаться вместе с героиней. А Лариса Долина в роли утешительницы оказывается голосом разума: главное — это погода в доме, которую человек творит сам. Этот посыл — квинтэссенция спектакля. Не ищи врага вовне, он внутри твоей совести. К слову, в честь премьеры, по окончании спектакля, Лариса Долина исполнила легендарную песню «Погода в доме», и зал дружно подпевал припев.

Лариса Долина

Чем закончатся обе истории? «МЕЧты Фемиды» — это спектакль-экзамен. Фемида традиционно изображается с завязанными глазами. Но автор ставит вопрос ребром: а может, пора снять повязку? Может, истинное правосудие — это не слепое следование параграфам, а умение увидеть боль другого, даже когда закон говорит «нет»?

Наталья Бочкарёва, Елена Май, Лариса Долина

Чем закончатся обе истории? Увидят ли героини ту самую «Мечту Фемиды» — мечту о правосудии, которое не только карает, но и понимает? Сможет ли судья вымолить прощение у тех, кого она превратила в своих палачей? Узнаете, придя на спектакль. Билеты на него, к слову, раскупаются как горячие пирожки. И это неудивительно: в мире, где закон часто торжествует над справедливостью, зрителю хочется услышать вопрос, который редко задают в залах суда: а ты сам смог бы вынести себе приговор, глядя в глаза тем, кому отказал в милосердии? И если нет — то какое же ты правосудие?

Фото: Михаил Брацило / Москультура