В музее‑заповеднике «Царицыно» открылась выставка «КультНаук’ XVIII. Эпоха Просвещения в частных собраниях».

Это настоящая машина времени в XVIII век — эпоху, когда наука стала культом, а любопытство считалось добродетелью. Через вещи из 19 частных коллекций выставка показывает, как жажда знаний меняла быт, искусство и даже представления о комфорте. Многие экспонаты публике показывают впервые.

Выставка разделена на восемь залов, и каждый — отдельная глава о том, как XVIII век «собирал мир по деталям»: по звёздам, минералам, формулам, оттенкам и даже по минутам, которые теперь можно было точно отсчитывать.

Зал о мечтах и полётах

Старой европейской гравюрой Сергей Палладиевич Стародубцев (1951-2026) увлёкся в 1990-е, а в 2001 году сосредоточился на самообучении в этой области и связал с ней и профессиональную деятельность, уйдя из Государственного музея изобразительных искусств имени А.С. Пушкина, где работал социологом. Поначалу коллекционирование шло достаточно хаотично («Меня больше интересовала то голландская гравюра, то ранняя немецкая или ещё что-нибудь в зависимости от того, что предлагалось на рынке», - рассказывал он), однако спустя несколько лет появилось особое направление - технологии...

...В силу особого интереса к литературному и культурному наследию Великобритании большой любовью Сергея Палладиевича была английская графика. Увлечение передалось и близким. Старшая дочь, Екатерина Лескова, выбрала музыкальную стезю, но собирание графики и рисунка для неё также важны. Младшая дочь - Вера Попович - реставратор графики. Они продолжают формировать собрание.

Екатерина Лескова, Вера Попович

Здесь начинается история о тяге к неизведанному: гравюры первых аэростатов, фантастические путешествия на Луну, копия телескопа‑рефлектора Ньютона, тарелка с изображением воздушного шара и даже маленький «летающий воздушный шар». Здесь наука и фантазия не спорят, а подпитывают друг друга: одно изобретение тянет за собой другую идею, а рисунок становится чертежом.

Именно в эпоху Просвещения изучение газов позволило человеку впервые подняться в воздух. Ключевым моментом стал запуск воздушного шара братьями Монгольфье в 1783 году. Сначала они успешно запустили воздушный шар в Анноне, а позже продемонстрировали полёт в Версале — тогда в корзине находились овца, курица и утка. А уже через год в небо поднялся первый человек.

Человек путешествующий

Я много лет собираю предметы поморской культуры, путешествую по Северу, и меня восхищает, как наши предки умели жить, работать и путешествовать в таких суровых условиях. Север не прощал ошибок. Здесь нужны были знание моря, наблюдательность, опыт, выдержка и абсолютное доверие к тем немногим инструментам, которые помогали ориентироваться в пространстве. Маточка, поморский компас, - один из таких помощников...

...Первое свидетельство о магнитном компасе у русских поморов относится к концу XVI века...

...Ценность этого компаса раскрывается постепенно. Сначала видишь маленький навигационный прибор. Потом - очень тёплую ручную работу. Затем начинаешь понимать, почему его так берегли. И вот перед тобой уже очень личная вещь человека, который отправлялся с ней в море и благодаря ей старался найти дорогу домой, к близким.

Максим Тумановский

Эпоха Просвещения — время больших открытий и новых маршрутов. Развитие навигации и картографии связало города, страны и континенты, и даже самые далёкие земли перестали быть «белыми пятнами». Прорывом стали точные часы с маятниковым механизмом: они позволили надёжно фиксировать время, а это резко повысило точность расчётов. На карты начали наносить сетку меридианов и параллелей — теперь можно было уверенно прокладывать путь даже в открытом море, где не за что зацепиться взглядом.

К концу века путешествовать стало проще и для обычных людей: появились дилижансы — многоместные кареты, в которых можно было ехать из города в город, и транспортные расписания, которые превращали дорогу в предсказуемое дело. Жизнь всё сильнее подчинялась ходу стрелок — время задавало ритм делам и дорогам. В зале — старинные навигационные приборы: секстанты, октанты, теодолиты, а также карты, по которым прокладывали маршруты целые эпохи. Глядя на них, легко представить, как штурман сверяет высоту звезды, записывает минуты и переводит их в градусы, чтобы не сбиться с пути.

Механизмы и время

Изобразительным искусством я заинтересовался ещё в школьные годы, но целенаправленно и серьёзно собирать произведения искусства начал около пяти лет назад....

...Коллекционирование для меня - один из важнейших и действенных способов познания мира. Изучая свои находки, начинаешь лучше и точнее чувствовать далёкое прошлое, узнавать характерные приметы времени. Приобретение старинной вещи даёт заманчивую возможность своими руками прикоснуться к истории, всесторонне и кропотливо изучить артефакт, спасти его от забвения, а то и гибели, воскресить забытые имена и судьбы. Убеждён, что настоящий коллекционер не безучастный хранитель, но пытливый исследователь своих реликвий.

Аскольд Смирнов

Зал показывает эволюцию часовых устройств — от простых конструкций XVII века до сложных механизмов, где каждая шестерёнка работает как часть большого порядка. Здесь же автоматоны — заводные «ожившие» куклы — и органетта, музыкальный инструмент, работающий по принципу фисгармонии.

Хотя слово «робот» появилось чуть больше ста лет назад, механические «ожившие» устройства — автоматоны — существуют уже почти три века.

Со временем механика стала не только развлечением, но и инструментом прогресса: появились первые программируемые станки и промышленные устройства, где движение можно было задать заранее. В экспозиции — не только автоматоны, но и первые носители программ: наука и техника здесь идут рука об руку, и видно, как из «игрушки» рождается технология.

Минералы и природа

Коллекционирование окаменелостей, минералов, раковин моллюсков - увлечение, которое я открыл для себя, случайно обнаружив в парке недалеко от своего дома в Москве выход юрских глин. Прогулявшись туда, я сразу же нашёл множество остатков аммонитов, белемнитов и даже позвонок морского ящера. Только представьте: час назад я вышел из московской квартиры - и вот в моих руках остатки животных, которых никто не видел полторы сотни миллионов лет, пока я не извлёк их из-под земли. Осознание того, что древние ящеры находятся не подогромной толщей пород, а буквально на расстояниивытянутой руки, поразило меня, и я погрузился в эту новую тему...

...Этот вид собирательства нравится мне тем, что находки не пылятся на полке, а приносят пользу. Выставка доставляет людям удовольствие, а кому-то открывает новый мир и даёт новые знания.

Михаил Антипов

Более 200 образцов минералов из коллекции Михаила Антипова соседствуют с ботаническими иллюстрациями, лупами, каталогами семян и садовыми инструментами. В XVIII веке наука перестала просто собирать факты: она начала их классифицировать и систематизировать, выделяя отдельные дисциплины со своими методами.

Ботаника научилась различать виды по детальным атласам: каждый лист, каждый лепесток становился доказательством, а не просто рисунком. Минералогия связывала форму кристаллов с их внутренним строением, чтобы по внешнему виду угадывать свойства. Медицина стремилась точнее описывать болезни и искать способы лечения, и даже обучение у постели пациента становилось наукой. В XVIII веке естествознание перешло от сбора фактов к их систематизации: наблюдения классифицировали и объединяли в отдельные научные области, у каждой из которых постепенно формировались свои методы и понятия.

Стекло и форма

Коллекционированием я увлеклась внезапно. Знаете, бывает, что приходит озарение - и ставишь себе какие-то цели. У меня появилась такая цель - изучить стекло. А как можно что-то изучить, не подержав в руках? Одного только чтения профильной литературы, а также походов в музеи и на выставки недостаточно. Всё нужно потрогать самой, прочувствовать материал, пообщаться с ним. Именно так появились коллекция питейного русского стекла, а позже - коллекция прейскурантного русского стекла конца XIX - начала XX века...

...В 2020 году мы с супругом организовали музейно-просветительское пространство - галерею «Василиванычъ», которая объединяет собирателей стекла. Весной 2026 года вышла книга-каталог «Русские фигурные бутылки», соавтором которой я стала.

Наталия Эрбаш

На мой взгляд, это самый красивый зал. Ведь здесь представлено авторское стекло и фигурные бутылки — пример того, как научные знания о материалах превращались в искусство.

К концу XVIII века химия оформилась как строгая наука: учёные научились заранее рассчитывать свойства соединений и пропорции веществ, и это полностью изменило стеклоделие.

Появилась возможность управлять пластичностью, прозрачностью и плотностью стекла, а открытие новых элементов сильно расширило цветовую палитру. Теперь оттенок можно было не случайно поймать в печи, а получить по формуле. Технологии листового литья, окрашивания и машинной обработки, появившиеся в эпоху Просвещения, стали фундаментом для стеклоделия следующих веков. И в этих фигурных бутылках и вазах видно, как точность науки даёт свободу художнику.

Технологии эпохи Просвещения заложили основу для бурного развития стеклоделия в XIX–XX веках.

Спектр мастерства

Я и не собирала бы эмаль, если бы во время одной из поездок во Францию не увидела маленькую эмаль XIX века с образом Божией Матери. С тех пор началось моё тридцатилетнее путешествие по миру эмалей. Лиможская эмаль заслуживает особого слова. Её прозрачность, чистота цвета, точность миниатюрной живописи и удивительная стойкость делают предметы уникальными: эмаль не выгорает, сохраняет блеск и внутреннюю глубину столетиями...

...Сегодня мы крупнейшая частная коллекция лиможских эмалей в мире - более 1700 предметов. Посмотреть на них приезжают будущие художники, реставраторы и дизайнеры, знакомятся с техникой, материалами и историей, получают практические навыки и вдохновение.

Наталья Карпович

Лиможские эмали принесли Франции славу ещё в Средневековье. Уже в XII–XIII веках лиможские изделия ценились по всей Европе. Эмаль — это стекловидный состав на металлической основе, закреплённый обжигом. Со временем стиль эмалей становился всё живописнее: мастера работали с цветом, гризайлью и золотом, обращались к библейским сюжетам, античной мифологии, портретам и аллегориям.

В XVIII веке производство эмалей постепенно сокращалось, но бурно развивалось фарфоровое производство. Совершенствовались составы красок и способы обжига, и эти наработки обогащали и эмальерное дело: палитра и приёмы живописной работы становились гораздо богаче. Важной точкой стал каолин, найденный недалеко от Лиможа: он позволил открыть фарфоровую мануфактуру, и вскоре Лимож стал известен прежде всего фарфором. При этом мастера не отказались от эмалей — их по‑прежнему привлекал богатый спектр цветов стекловидных масс и возможность создавать сложные живописные миниатюры.

Комфорт и быт

Я вошёл в мир старинных вещей и антиквариата около 30 лет назад. Первоначально занимался мебелью. Коллекционером я стал далеко не сразу, хотя искусством интересовался всегда и изучал его параллельно своему экономическому образованию. Когда мне в руки попали два старинных мейсенских предмета, я с первого касания «заболел фарфором»....

...Новые техники, авторские приёмы, особенные элементы, которые использовали в те или иные годы, - всё это мне хотелось отразить в своей коллекции...

...Мне очень нравится изысканность Севра, также у меня уже были два предмета из Андреевского сервиза, и отказаться от удовольствия их видеть я не решился. Так что коллекционирование для меня - это смесь глубокого знания о предмете, понимания ценности экспоната и, конечно же, вопрос личной любви.

Левон Дадалян

Западноевропейский фарфор XVIII века и антикварная мебель в этом зале рассказывают, как менялось представление о комфорте. Из идеи душевного покоя комфорт постепенно превратился в культуру вещей: мебели, посуды, архитектуры, городского пространства. Теперь удобство измерялось не только ощущениями, но и предметами, которые эти ощущения создавали.

В эпоху Просвещения меняется взгляд на человека: в центре внимания оказывается частная личность с её мыслями и чувствами. Искусство всё больше интересуется внутренним миром героя — поэтому растёт популярность камерного, почти интимного портрета, который заказывают даже монархи.

Главным символом новой эстетики стал фарфор. Долгое время он был достоянием монархов и ценился не ниже золота. Его появление в Европе стало итогом долгих поисков секрета «восточного чуда», а мейсенский фарфор быстро покорил королевские дворы. Мода на фарфор диктовала даже облик: люди пудрились до фарфорово‑белого оттенка, буквально «рисовали» черты лица поверх пудры, а ткани подбирали в холодной гамме, подражая его палитре. В зале это видно по комплектам посуды — чайным парам, супницам, молочникам, — которые были не просто утварью, а маркерами новой культуры жизни.

Само слово «фарфор» пришло из персидского языка: «фахфур» изначально было титулом китайского императора, а позже так стали называть белоснежную китайскую посуду. В Европе прижилось другое название — «порцелан»: итальянцы увидели сходство фарфора с блестящими раковинами моллюска porcellana.

Коллекционеры

Я вижу вещь, которая меня захватывает, и пытаюсь понять, откуда она пришла, с какими культурами связана. Всё началось с детского интереса к Древнему миру и подаренной отцом головы Венеры (она есть на выставке). Тогда я впервые почувствовал, что древность существует не только за музейным стеклом, её можно подержать в руках...

...Египет при этом остался отдельной историей. Её главная героиня - крышка саркофага жрицы из города Ахмима, созданная в эпоху Птолемеев. Ахмим был одним из мест, где стремились сохранить древние традиции, поэтому саркофаг, несмотря на позднюю датировку, выполнен по художественным канонам Нового царства....

Кирилл Данелия

Частное коллекционирование в эпоху Просвещения было не просто увлечением: собиратели становились исследователями и хранителями знаний. Они сопоставляли предметы, фиксировали описания, выстраивали системы. В частных библиотеках и собраниях рождались неожиданные связи между вещами и идеями, а многие личные коллекции позже легли в основу крупных музейных фондов.

Последний зал посвящён современным собирателям: они рассказывают, что ими движет, и подчёркивают главное — традиция частного коллекционирования жива. И в этом есть своя преемственность: как когда‑то любопытство заставляло людей собирать минералы, часы и гравюры, так и сегодня кто‑то продолжает складывать мир по деталям, чтобы он не исчез.

Выставка открыта в Большом дворце музея‑заповедника «Царицыно» с 22 октября 2026 по 17 октября 2027 года.